Что было раньше на месте Госдумы, и как появилось здание для депутатов на Охотном ряду?
Что пришлось снести, для того чтобы построить здание? Правда ли, что изначально здесь планировали возвести Госбанк огромных размеров? Неужели для отделки пришлось использовать остатки храма Христа спасителя? И какому историческому сооружению всё-таки удалось устоять под натиском советских строителей? Об этом и не только расскажу сегодня.
Церковь и дворец
К сожалению для владельца всего этого великолепия Василия Голицына роскошная жизнь закончилась, когда Пётр I избавился от царевны Софьи в пылу борьбы за российский престол. Ведь именно благодаря ей Василий Васильевич смог высоко продвинуться по службе и приобрёл столько богатств. Имущество бывшего князя конфисковали, а его самого сослали на Север. Дворец в Охотном ряду какое-то время принадлежал потомкам грузинского царя Арчила II. В конце 18 века недвижимость приобрёл неизвестный московский купец.
Удивительно, что на защиту исторических зданий тогда встала московская общественность. По большому счёту, их мнение никто не спрашивал. Остальная часть застройки представляла собой малоэтажные лавки и ценности не представляла. Советские власти под шумок снесли не только ветхие дома, но и архитектурные достопримечательности в начале 1930-х. На месте старорежимных построек ещё до их уничтожения планировали возвести массивное здание Госбанка СССР, но потом передумали.
Решили, что лучше будет расположить внушительный и величественный дом. А в нём разместить Совет труда и обороны. Этот орган в основном занимался экономическими вопросами страны. Работу над проектом поручили архитектору Аркадию Лангману. Интересно, что никакого конкурса не было. Видимо, Аркадий Яковлевич успел хорошо себя зарекомендовать при строительстве здания Госторга на Мясницкой, а также стадиона «Динамо».
Однако полной свободы действий у Лангмана не было. Его проект сильно зависел от того, каким станет Дворец Советов. Поэтому пришлось ждать, пока утвердят итоговый вариант главного здания советской Москвы того времени. Случилось это в 1933 году, когда власти окончательно согласились на проект, который разработал Борис Иофан.
По амбарам, по сусекам
Построили здание для Совета труда и обороны довольно быстро. Хотя местность была не такая уж и простая. Фундамент располагался над трубами реки Неглинной. Позже к ним добавились тоннели первой линии Московского метро, проходившие не так уж и глубоко.
Ещё одной проблемой стали отделочные материалы. Для украшения требовался белый мрамор. Ближайшее месторождение, которое находилось около Коломны, было заброшено ещё с 19 века. Времени на то, чтобы отыскать новое, да ещё и обеспечить транспортировку материалов, не было.
На помощь пришли обломки храма Христа спасителя. Его мраморные плиты после разборки ждали своей участи на складе в Лужниках. Ими и отделали здание. Также применили беломорский гранит. Его, а заодно и древесину для внутреннего убранства, доставили в Москву по недавно проложенному Беломоро-Балтийскому каналу.
Также фасад здания покрыли покрыли зернистой каменной штукатуркой. Она называлась терразитом. Для неё материалом послужили многочисленные снесённые в те годы памятники дореволюционной эпохи. Полностью все работы закончили в 1935 году.
Рационально и удобно, однако всё же некрасиво
Конечно, внешне здание выглядит громадным, особенно вблизи. Оно подавляет все соседние сооружения, даже гостиницу «Москва». Издалека дом смотрится намного лучше. Уже через 2 года после окончания строительства, то есть в 1937, Совет труда и обороны упразднили.
Сама она обосновалась на Охотном ряду в 1994 году. Собственно говоря, депутаты там заседают и по сей день. Несколько лет назад предлагались разные идеи о переселении главного законодательного органа страны в другое, менее центральное место города. Однако на этом всё и закончилось.
Интересно, что несмотря на все перестройки и сносы, кое-что историческое сохранить удалось. В глубине, между старым и новым корпусом Госдумы находится палаты Троекурова. Они принадлежали представителям этого знатного княжеского рода.Постройка появилась в 16 веке, но неоднократно переделывалась. К сожалению, попасть туда сейчас невозможно, так как это внутренняя территория Госдумы. Да и реконструкция, которая завершилась в 2019 мало что оставила от исторического здания.
Здание Городской думы
Здание Городской думы было построено в 1890–1892 гг.
До постройки краснокирпичного здания в неорусском стиле здесь стоял дом Губернских присутственных мест, возведенный в 1820 году архитектором Евгением Паскалем. Колонный портик и лаконичные стены без украшений можно увидеть еще на московских фотографиях 1880-х годов. Во дворе присутственных мест находилась долговая тюрьма, получившая в народе название «Яма».
В конце XIX в. полномочия Государственной думы, размещавшейся в доме Шереметева на Воздвиженке (дом 6), сильно расширились. Для Думы было решено возводить собственное большое здание, для чего и приобрели участок старых присутственных мест.
Был объявлен конкурс, главным условием которого было то, что «фасады должны быть обработаны в стиле памятников зодчества XVI–XVIII вв.», а само здание быть достойно старой столицы Российской империи и соответствовать построенному ранее Историческому музею.
На конкурс было представлено 38 проектов с девизами. Победил проект под девизом «Cedo majori» («Уступаю старшему») архитектора Д.Н. Чичагова.
Освящение состоялось 1 мая 1892 года.
Первый этаж занимали отделы Государственной думы, на втором располагался большой двусветных зал для торжественных собраний. Зал украшала статуя Екатерины Великой, выполненная М. Антокольским. Сейчас она находится в Царицынском дворце.
На втором этаже располагался также кабинет городского головы. В 1890-е годы эту должность занимал Н.А. Алексеев. 9 марта 1893 года он был убит в своем кабинете душевнобольным, ворвавшимся в здание. Последними словами Алексеева были: «Я умираю, но счастлив, что со мною случилось это на службе и что я верен данной присяге служить до последней возможности». Москва потеряла прекрасного государственного деятеля. По иронии судьбы, именно он хлопотал о строительстве в Москве специальной клиники для душевнобольных.
После революции в здание размещались отделы Московского совета: финансовый, статистический, налоговое управление и др.
В 1935 г. в здании проводилась реконструкция под руководством Чериковера Л.З., а в 1936 г. здесь открылся Центральный музей В.И. Ленина. 13 000 экспонатов, связанных с жизнью и работой Ленина, заполняли залы бывшей Государственной думы.
Сегодня это филиал Исторического музея. Здание, построенное с музеем как единый гармоничный ансамбль, стало прекрасным выставочным пространством, где проводятся музейные выставки.
Переезд Госдумы в Мневники отложили по эстетическим соображениям
Ладья или стена
Сложности у проекта появились уже на этапе рисунка, результаты конкурса на архитектурную концепцию отменялись дважды — то депутатов и сенаторов смущали размеры зданий, то количество стекла, то отсутствие индивидуальности. В финальную часть второго конкурса вышло четыре проекта, которые так и не стали публичными. Парламентарии в разговоре с РБК их описывают так: «стеклянная стена» (архитектурное бюро Владимира Колосницына), «дворец XIX века» («Стройгазкомплект» Ланфранко Чирилло), «ладья-корабль, на которой стоят два куба» ( ТПО«Резерв» Владимира Плоткина) и «сталинская высотка» («Евгений Герасимов и партнеры»).
«Обсуждений, споров по поводу предложенных ранее вариантов было немало, ни один из проектов не вызвал единодушного одобрения », — передала через пресс-службу председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко. «Больше всех голосов набрала на последнем этапе ладья — 9 голосов комиссии из 20, н а втором месте оказалась стеклянная стена — 6 голосов», — утверждает Бушмин. Сам он на стороне дворца, поскольку, по его мнению, «стеклянная стена» по климату больше подходит Италии, а «ладья» устареет через 10 лет.
Под ключ
С тороны не могут договориться об условиях и схемах передачи зданий Госдумы и Совета Федерации, рассказывают несколько депутатов. Источник в окружении Гуцериева рассказывал РБК несколько месяцев назад, что особый взгляд на ситуацию был у главы управделами, бывшего высокопоставленного чиновника ФСО Александра Колпакова. Позиция Колпакова заключается в том, рассказывал собеседник РБК, что передавать построенное на месте старой Думы на баланс инвестора не стоит: надо оставить все здания на балансе управделами, а с инвесторами рассчитаться как-то по-другому. Инвестора такая схема категорически не устраивает, замечал он. Депутат Госдумы, входящий в парламентскую комиссию, подтверждает, что управделами не хочет снимать со своего баланса здания, занимаемые парламентариями. «Получить старые здания в принципе юридически сложно, Гуцериев хочет четко понимать, что получит в итоге», — добавляет он.
В конце декабря проекты обсуждались с руководством обеих палат парламента и главой управделами, рассказывает Бушмин, участвовавший в этой встрече от Совета Федерации. Гуцериев настаивал на том, чтобы наконец было принято хоть какое-то решение, поскольку ему надо «начать обсчитывать». «Инвестор, мы тебя любим, только дай нам с концепцией определиться», — пересказывает диалог Бушмин. «Он говорит, вы скажите только, что именно надо строить, может, я и не возьмусь за это», — говорит Бушмин.
Один из депутатов, входящих в парламентскую комиссию, рассказывает, что просьба руководства управделами и обеих палат о встрече с Путиным, связана в частности с тем, что «по проекту строительства есть секретные работы, и такими вещами должны заниматься «лицензированные государственные организации». Сотрудник одной из девелоперских компаний, которую привлекали к обсуждению, слышал, что речь может идти о некой госструктуре. Источник, близкий к группе БИН, и вовсе отмечает, что «управделами хочет строить само». О намерении управделами взяться за строительство слышал и один из депутатов. Он так описывает обсуждение: « Нужно понимать: можно ли потенциально продать здания Думы и Совфеда, получить за них деньги и рассчитаться за строительство Парламентского центра? Или придет инвестор, который построит центр, а эти два здания заберет? Если будет принято решение, чтобы построить центр за бюджетные деньги, а потом продать здания Думы и Совфеда, возместив затраты бюджета, — это будет то же самое, только вид сбоку».
При участии Алексея Пастушина, Елены Тофанюк