Главная стройка России
Масштабный и амбициозный проект, который даст новый толчок в развитии отечественного крупнотоннажного судостроения, реализуется на Дальнем Востоке в бухте Большой Камень. Речь идет о новейшей суперверфи Звезда. На сегодняшний день в портфеле Звезды уже свыше 25 судов: танкеры типа «Афрамакс», арктические челноки, суда снабжения и ледоколы.
Морской торговый флот основа глобальной экономики. Его силами осуществляется 4/5 всех международных торговых операций – 80% всех грузоперевозок в мире.
Флагманы современного морского флота это высокотехнологичные суда-гиганты, способные перевозить за один рейс между континентами десятки тысяч тонн грузов. Их создание стало революцией в мировой транспортной системе, позволившей экономить на перевозках миллионы долларов, ведь чем больше грузов помещается на борт, тем дешевле его перевозка в пересчете на каждую тонну груза.
Россия как и любая великая держава без сильного флота ее существования невозможно. Более 90% этих высокотехнологичных гигантов были созданы в юго-восточной Азии. Верфи Южной Кореи, Китая и Японии и сейчас ежегодно оснащают флота ведущих морских держав новыми крупнотоннажные судами, но время их лидерства в этой отрасли подходит к концу. Мировым флагманам современного судостроения готовится составить конкуренцию российская Дальневосточная верфь.
Речь о «Судостроительном комплексе „Звезда“» (ССК «Звезда»), по поручению Владимира Путина консорциум компаний во главе с Роснефтью создает один из крупнейших верфей мира на которой строительство судов будущего началось уже сейчас. Огромный промышленный объект спроектирован с колоссальным размахом, для создания суперсудов и все остальное должно быть с приставкой супер.
Сейчас звание лучших на планете корабелов принадлежит южным корейцам, а ведь каких-то 40 лет назад они строили лишь небольшие рыболовецкие суда. Подобный прорыв стал возможен благодаря одному правилу: все южнокорейские компании должны строить торговые суда только на национальных верфях и согласно недавно проведенным опросам 88% россиян считает, что подобное правило необходимо применять и в России. По мнению экспертов это единственный действенный способ развития судостроительной отрасли. Об этом же говорит и исторический факт: если бы Петр Первый не ввел так называемую корабельную повинность, построить в сжатые сроки русский военный флот было бы невозможным.
Российские нефтяные и газовые компании используют суда построенные за рубежом. Импортные морские транспортные услуги обходятся отечественным грузовладельцем в 15 миллиардов долларов ежегодно, но теперь эти колоссальные суммы могут оставаться внутри страны.
Создание морских гигантов начинается в блоке корпусных производств, он занимает 55 000 м², здесь с легкостью поместились бы семь футбольных полей или две Красной площади с Кремлевской набережной. Блок поделен на шесть пролетов и в каждом свой технологический процесс, в целом напоминает чем-то большой конвейер.
На азиатских верфях на строительство одного судна гиганта уходят около 2,5 лет, такие рекордные темпы строительства позволившие Южной Кореи завоевать рынок стали возможны благодаря высокой автоматизации производства, подобная высокотехнологичная инфраструктура создается и на ССК «Звезда». Например, на участке по изготовлению плоских секций работают всего семь человек, раньше работало порядка 60 человек. Сейчас здесь обрабатывают около 45 тысяч тонн стали в год, в 2019 году этот объем увеличится вдвое, а уже через несколько лет когда верфь будет полностью достроена и запущена на ССК «Звезда» планируется завозить до 330 тысяч тонн. Это половина объема всего металлопроката идущего на производство судов в России.
Один из самых востребованных в мире грузовых танкеров типа «Афрамакс» и такой построят на звезде не один, Роснефть уже сделала заказ на 12 таких танкеров. Это самый крупный за последнее время серийный заказ на российских верфях. В январе 2018 года рабочие судоверфи Звезда приступили к резке первых деталей корпуса нового танкера типа «Афрамакс». Спуск на воду и сдача заказчику современного судна запланированы на 2020 год. Работы начались в блоке корпусных производств судоверфи. Окончательная сборка будет вестись под открытым небом на самом крупном в стране тяжелом достроечном стапеле длиной более 500 метров.
После завершения резки металла предстоит следующий этап постройки танкера — создание секций нового судна. Металлические листы толщиной свыше 20 мм режутся, после свариваются в единое полотно длиной до 23 метров. Далее на полотне устанавливается и набор — для увеличения прочности и жесткости конструкции. В конце работ в блоке корпусных производств выходят готовые секции корпуса, из которых формируется корпус судна на стапеле.
К подготовке кадров на ССК «Звезда» подходят стратегически. Инженеров и проектировщиков, которые начнут работать только через 10 лет, учат уже сейчас, для этого на базе 2-ой школы в городе Большой Камень организован специальный класс под патронатом Роснефти для подготовки специалистов судостроения новой формации. Сейчас на верфи работают полторы тысячи сотрудников, но уже к 2024 году штат увеличится до семи с половиной тысяч высококвалифицированных специалистов, а значит город Большой Камень, около которого создается судостроительный гигант, ждут большие перемены. Одно рабочее место судостроения создает несколько рабочих мест вокруг инфраструктуры.
Самыми востребованными специальностями являются рабочие профессии. Такие, как рубщик судовой, электрогазосварщик, трубопроводчик судовой, сборщик судовой, маляр. Есть потребность и в инженерных кадрах с высшим образованием. Это, например, инженер-технолог, инженер-конструктор, инженер по организации и нормированию труда, инженер по подготовке производства. Средняя заработная плата основных производственных рабочих — 90 000 рублей, инженерно-технических специалистов — 70 000 рублей. Приезжим работникам и членам их семей из регионов, не включенных в перечень трудодефицитных субъектов Российской Федерации, предоставляется субсидия в размере до 300 000 рублей компенсации расходов по переезду, обустройству на новом месте жительства и аренде жилья.
Производственная программа ССК «Звезда» до 2035 года насчитывает 178 судов и объектов морской техники различных типов. На сегодняшний день портфель заказов верфи составляет 28 судов, сформирован он за последние полтора года, для сравнения одна из крупнейших судоверфей мира корейская Samsung Heavy Industries получила в этом году заказов на 31 судно.
Статьи, которые Вам могут быть интересны:
Судно ярусного лова Атомный лихтеровоз «Севморпуть» Спуск атомного ледокола «Арктика» Атомные реакторы для ледоколов
Константин Белоконь: «Инфраструктуру строим. Люди исчезают» или что принесла «большая стройка» Большому Камню.
— Город Большой Камень находится в некой особенной зоне. Потому что и природа, и время, и судьба собрала на этом маленьком участке земли уникальные условия. Этим, в частности, объясняется то, что вскоре после Великой Отечественной войны тогда еще могучая сверхдержава СССР поставила и решила сверхзадачу по созданию в перспективном регионе современного производства – Дальневосточного завода «Звезда».
Власть тогда собрала лучших людей страны, создала им условия, оснастила техникой и ресурсами. Создала систему, нацеленную на выполнение единой задачи. И решила эту задачу, организовав производство практически на уровне космического, при этом грамотно «ответив» на социальные вопросы населения.
В лихие годы безвременья 90-х годов XX века именно огромный потенциал созданной системы не дал погибнуть здесь производству (как это и произошло в большинстве крупных городов Дальнего Востока), а с 2005 года, при восстановлении нормальных объемов гособоронзаказа, позволил выйти из кризиса и начать развиваться.
Теперь уже Российская Федерация в городе, идеально подходящем для развития судостроения, поставила задачу по строительству современного судостроительного завода, способного разрабатывать и выпускать суда, превосходящие признанные мировые образцы, а порой — и даже не имеющие аналогов в мировом кораблестроении. Заодно было принято решение и модернизировать оборонный судоремонтный завод. Результатом выполнения этих задач должна была гордиться вся страна, а город — стать примером для всей Тихоокеанской России и АТР.
10 лет идет стройка. Практически ежегодно ее посещает президент страны. Здесь в 2018 году на выборах голосовал за главу государства куратор стройки — глава Роснефти Игорь Сечин. Постоянно на стройплощадках – представители руководства «Роснефтегаза» и ДЦСС. На верфь и город идут миллиарды государственных и корпоративных денег.
Словом, все способствовует тому, что задача будет выполнена.
Первый громкий «звонок» прозвучал, когда «взорвалось» дело Борбота с пропажей 4 млрд рублей. Затем были и невыплаты зарплат строительным рабочим, и смена одной за другой трех генподрядных компаний. Сроки сдачи объектов верфи начали сдвигаться.
За последние годы стройка оказала и существенное влияние на базовые параметры качества жизни населения.
Город потерял гектары зеленых насаждений. Особо болезненной потерей стала вырубка полукилометровой защитной лесополосы между жилой застройкой и «Звездой», затем — еще нескольких гектаров между морем и городом.
Также по первоначальному плану строительства верфи и развития города основной поток грузов на стройку должен был идти морем и железной дорогой. Но подавляющая часть грузов пошла самым примитивным способом – грузовым автотранспортом. Город опоясали петлей грунтовых дорог и круглосуточным потоком «большегрузов». И 10 лет в пыли не прошли даром. Известковая щебеночная пыль с дорог «наложилась» на сухую ветреную погоду и частый холод в городских домах в зимний период. По итогу — небывалая за все года вспышка ОРВ в городе.
В феврале этого года Институт территориального планирования «Град» из Омска вынес на рассмотрение думы города проект перевода окружающих Большой Камень сельскохозяйственных земель в производственную зону. На этой территории планируется разместить технопарк с металлургическим и химическим производством в черте города.
Понимая экологическую и эпидемиологическую ситуацию в городе, отдельные депутаты и активные жители города обратились к краевому научному сообществу с просьбой оказать помощь в понимании последствий реализации такого решения. Они полагают, что создание технопарка затрагивает две основы качества жизни – состояние атмосферного воздуха и вопрос питания людей.
Первая проблема – это сокращение на 170 га ( это почти 10% всей нынешней городской территории) природных ландшафтов, лесов и пойм и неизвестный пока уровень выбросов вредных веществ в атмосферу.
Вторая — потеря действующих и перспективных лугов и пастбищ, сельхозугодий и пашни, близость технопарка к дачам и огородам горожан. Сегодня, когда с закрытием китайской границы простые овощи были по 400-500 рублей за кг, дороже свежего мяса, когда по указанию президента страны губернатор собирает по краю все пригодные к обработке земли, когда наши законы прямо запрещают выводить землю из сельхозоборота, перевод плодороднейшей земли с водой и теплом в безжизненные промзоны как минимум выглядит странно.
В лихие 90-е, когда в городе не было света, воды, тепла и зарплат, когда рабочие «Звезды» перекрывали дорогу и всерьез готовили «поход» на Москву, именно дачи, огороды и личные подворья позволили городу не превратиться в безжизненный массив брошенных бетонных коробок.
И вот в ответ на эти вопросы в приморских пабликах полились потоки обвинений — в том, что некая «местная братковская власть» выступает «против государственной стройки». Что городские депутаты «срывают государственный заказ».
А вот теперь — подождите.
Люди в городе ведь и пытаются понять, что мешает, а что помогает этому заказу. Они хотят, например, получить ответ на вопрос, почему бы металлургию и химию не вынести в пойму реки Речицы или в другой удаленный от центра города участок — не на 3 километра, а несколько дальше — чтобы не «кидать» выбросы вредных веществ в окна жилых домов и на приусадебные участки? Или: какая связь между планируемым на Красном мысу зерновым терминалом и строительством танкеров-газовозов? Ведь людям понятно, что при господствующих ветрах мучная пыль и шелуха будут «ложиться» прямо на судоверфь, а если «Звезде» надо будет расширяться самой или расширять гавань, то единственное свободное место для этого окажется уже занятым.
Но ведь это — не государственный подход. Помниться, при защите проекта того же технопарка молодая сотрудница Корпорации развития Дальнего Востока не выдержала потока вопросов от депутатов и нашла эмоциональный аргумент: «А вы понимаете, сколько всего надо, чтобы построить современный корабль!»
В том то и дело, что в городе с более чем полувековой историей кораблестроения достаточно много людей, понимающих что здесь и как уж явно не хуже работников КРДВ.
И потому у населения есть веские основания предполагать, что многие заявленные проекты — сырые и непроработанные. Что подрывается качество жизни жителей не какого-то депрессивного региона, а тех, кто обеспечивал и обеспечивает первый уровень экономической и оборонной безопасности страны.
Представим, что я, к примеру, — большой и сильный государственный деятель. Или почти равный ему по статусу большой капиталист. Вся государственная система — в моей власти. У меня — все условия, чтобы стать значимым в мире, выйти из состояния сырьевого придатка для «акул» позубастей.
Я разработал красивый и перспективный проект. И 10 лет всеми силами его реализовываю. А в результате получаю за огромные средства, предположим, лишь предприятие по «отверточной» сборке, построенную иностранцами инфраструктуру, разваленную «социалку» на территории. В утешение мне рассказывают, что каждый следующий, допустим, танкер-газовоз будет все больше локализован, и, таким образом, мы к некоему году научимся что-то делать самостоятельно. А лет через 20 (!) мы, наконец-то, построим, скажем, сверхсовременный атомный ледокол. А возможно — и межпланетный звездолет.
Почему так? Может, потому что система управления выстроена как «вертикаль коллективной безответственности»? Гензаказчики – заказчики – «смотрящие» — «присматривающие», генподрядчики — субподрядчики-субсубсуб…подрядчики и так далее? И поэтому на конечный «продукт» приходится лишь 10-20% всех выделенных средств?
Потому что выполняют лишь «форму», лишая ее содержания?
Строится новая школа. При том, что в действующих городских школах не хватает учителей, а оставшиеся тянут за двоих-троих, чтобы хоть как-то заработать.
Строится детская больница. А на 40 тысяч населения — четыре терапевта.
Строится детский сад. А в существующих — «оптимизация», сокращения и работа за МРОТ.
Верфи как воздух нужны кадры, необходима система их подготовки. А в результате за 10 лет имеем котлован учебного центра, улучшенное ПТУ по переподготовке рабочего звена, филиал вуза, который стал им только на бумаге и выше технолога никого не выпускает. Имеем общеобразовательные школы, где пацаны сами покупают брусочки для уроков труда. Имеем городскую парусную школу, яхты которой стыдно показывать.
И потому люди бегут из города. Бегут даже с новой верфи. Причем уезжают в основном самые успешные и перспективные, те, кто знает, что не пропадет в и в другом месте. Режим отрицательной селекции?
Что же делать? Во-первых, понять, что для того, чтобы выйти на мировой уровень, нужно подготовить и кадры мирового уровня. И обеспечение работы верфи вахтовым методом — это тупиковый путь. Судостроение — гораздо более масштабно, чем нефтедобыча, и принципы освоения «северов» здесь не подходят.
Во-вторых — понять, что реализуемая сегодня форма хозяйствования и управления дает эффект, в чем-то схожий с нейтронной бомбой: создается инфраструктура, а вот население — исчезает.
В-третьих – это следует из «во-первых» — необходимо создать собственную логичную систему по подготовке кадров. Имеющаяся государственная с этой задачей уже не справляется.
Конечно, сегодня еще не все так уж «запущено». Уже очень много сделано в направлении главной цели. И сейчас — тот самый момент, когда можно отсечь все лишние «присоски», что мешают стройке, и сосредоточиться на решение главной задачи – созданию современного судостроительного комплекса. Который могут создать только здоровые люди.
Еще раз: у нас — все условия, чтобы выйти в космос, а не ползать по асфальту. Но для этого требуется переходить к решениям «на перспективу». Вместо сегодняшнего принципа «максимально просто, максимально дешево, как-нибудь решим проблему сейчас, а завтра трава может не расти» и т.п. Да, на перспективу – это дороже. Это сложнее. Но это необходимо.
И ведь большинство социальных вопросов в городе просто бы не возникло, если бы существовала «обратная связь». На сегодня у горожан другой возможности сохранить свое качество жизни, кроме организации акций гражданского несогласия, не остается.
При сегодняшнем подходе даже общего цельного план по решению главной задачи уже просто нет, «летим», что называется, «по «пачке Беломора». При таком ходе дел успевают решить свои вопросы финансисты. Неплохо решают задачи силовики. Снимают хорошее кино и репортажи журналисты. Вот только у строителей и корабелов возникают серьезные проблемы, не решаемые только с помощью компьютера и бумаги. А в конечном итоге «оплачивает» непроработанные решения население города. Иначе за более чем десятилетнюю историю нашей «Большой стройки» результат был бы совсем иной.
Отдельные — вроде бы и связанные друг с другом — части госмеханизма делают свою отдельную работу сами по себе.