Свет Эльбруса
Эльбрус Налдикаев по специальности инженер-электрик и работает на одном из промышленных предприятий Владикавказа. До этого он несколько лет прожил в Китае, куда его пригласили работать в качестве специалиста с высокой квалификацией. Но когда контракт закончился, вернулся обратно в Осетию. Тогда у талантливого инженера и появилась идея использовать природные мощности реки Фиагдон для обеспечения бесплатной энергией себя и соседей.
В начале февраля 2019 года Госдума приняла в первом чтении законопроект, разработанный Минэнерго России, «Об электроэнергетике» в части развития микрогенерации. Принятие законопроекта упростит процедуру размещения объектов микрогенерации, предоставит их владельцам возможность продавать излишки вырабатываемой электроэнергии на розничных рынках. К объектам микрогенерации относятся солнечная, ветровая, водная энергия с максимальной мощностью до 15 кВт.
Директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин считает, что этот законопроект про повышение эффективности, чтобы у владельцев частных домохозяйств возникло желание развивать новые источники микрогенерации. Документ необходим, чтобы узаконить деятельность домохозяйств, увлекающихся ВИЭ. По мнению эксперта, инвестиция в покупку ветряка окупится никогда.
При реализации законопроекта может возникнуть ряд сложностей. Например, выдача в сети, которые не готовы к приему электроэнергии от потребителя/производителя электроэнергии. Ведь по сути они должны работать в реверсном режиме. Конфигурация распределительной электросети должна быть изменена очень серьезно.
Кроме того, не решена проблема хранения электроэнергии. Для этого необходимы большие помещения, где были бы установлены накопители.
Сила падающей воды
_t_100x67.jpg)
_d_850.jpg)
Станция обеспечит надежное энергоснабжение населенных пунктов высокогорного Черекского района. Среднегодовая выработка составит 60 миллионов киловатт-часов. Гидроагрегаты спроектированы с учетом того, что МГЭС расположена на горной реке на высоте более тысячи метров.
Кабардино-Балкария, как и другие регионы СКФО, кроме Ставрополья, энергодефицитны. Развитие собственной генерации обеспечит республикам Северного Кавказа энергобезопасность и снизит нагрузку на энергосети юга России.
Специальная рабочая группа проведет земельный анализ, сделает расчет возможных рисков и оценку использования охранных зон, в том числе территорий, относящихся к культурным памятникам. В случае положительного заключения к концу года будут оформлены необходимые документы. Строительство запланировано на 2021-2025 годы.
Однако не только российский энергохолдинг, больше половины акций которого принадлежат государству, заинтересован в строительстве МГЭС на Кавказе. На днях дагестанская компания EcoEnergy сообщила о намерении построить в республике несколько мини-ГЭС совместно с итальянскими партнерами. Речь идет об объектах гидрогенерации мощностью до пяти мегаватт с одновременным использованием солнечной энергии для повышения эффективности.
В пресс-службе EcoEnergy group, куда корреспондент «РГ» направил запрос, раскрывать подробности отказались, сообщив: «Ваши вопросы затрагивают интересы наших инвестиционных и технологических партнеров. Ответы требуют раскрытия информации, которая в настоящий момент находится под действием положений о конфиденциальности».
В правительстве же региона обсуждают создание Самурского энергетического кластера. В этом проекте намерена участвовать Корпорация развития Дагестана. На первом этапе предполагается построить две малые ГЭС суммарной мощностью 41,9 мегаватта. Как заявил представитель корпорации, уже проведены необходимые инженерные изыскания, водно-энергетические расчеты, проработан бизнес-план с учетом всех рисков.
В Дагестане накоплен солидный опыт строительства больших и малых ГЭС. Руководитель дагестанского филиала «РусГидро» Тимур Гамзатов рассказал корреспонденту «РГ», что в структуре филиала сейчас семь МГЭС. Но на них нет утвержденного розничного тарифа с инвестиционной составляющей. Это значит, что инвесторы, строящие малые ГЭС мощностью до пяти мегаватт, не могут вернуть свои инвестиции, хотя возможность получения такого тарифа предусмотрена специальным постановлением правительства РФ. Согласно этому документу разрабатываются правила для регионов, которые утверждаются территориальными правительствами с учетом местной специфики.
В дагестанском документе указано, что в конкурсе на строительство малых ГЭС могут участвовать только те компании, которые используют на своих объектах генерирующее оборудование, изготовленное на территории республики. Однако такого производства в субъекте просто нет, и неизвестно, когда оно будет. Кроме того, не предусмотрен механизм получения розничного тарифа с инвестиционной составляющей для уже действующих малых ГЭС.
Преимущества малых ГЭС, учитывая рельеф Дагестана, очевидны, считают в филиале «РусГидро». Во-первых, снижаются потери в сетях, которые возникают из-за транспортировки ресурса за сотни километров. Во-вторых, повышается надежность энергоснабжения и качество поставляемой энергии. В-третьих, малые станции удобны для ремонта и обслуживания.
Экономическая же эффективность объектов зависит от стратегии региона.
Есть предложения разыгрывать проекты гидрогенерации по концессионной схеме, чтобы повысить их инвестиционную привлекательность. Уполномоченная государством организация могла бы взять на себя необходимую предпроектную проработку и в дальнейшем предлагать на конкурс проект с полным пакетом разрешительной документации.
Алексей Калачев, аналитик ГК «Финам»:
Строительство водохранилища гэс медеплавильного комбината ухудшили
Строительство началось в 1977 году, а остановилось в 1989-м
Так Крапивинская ГЭС выглядела в 2018 году, когда власти Кузбасса задумались о том, чтобы достроить объект
Фото: Анастасия Прокудина / NGS42.RU
Госдума РФ одобрила проект достройки Крапивинской ГЭС
Комитет Госдумы провел видеоконференцию «О перспективах развития гидроэнергетики в РФ». Одной из тем стало завершение строительства Крапивинской ГЭС, которая уже 30 лет стоит заброшенной.
Губернатор Кемеровской области Сергей Цивилёв во время круглого стола отметил, что Крапивинская ГЭС может стать источником как электроэнергии без выброса вредных веществ, так и источником пресной воды.
— Реки Сибири мелеют, поэтому Крапивинский гидроузел — это не только электростанция, но и источник запасов пресной воды. Завершение строительства Крапивинской ГЭС — флагманский проект, который повлечет за собой развитие других важных направлений. Гидроэлектростанция даст возможность контролировать паводки, улучшит водоснабжение городов, — сказал Сергей Цивилёв.
СЮЖЕТ
Однако ранее, 27 августа, в ходе пресс-конференции глава Кузбасса называл другие причины, почему Крапивинский гидроузел должен быть достроен. Например, Цивилёв говорил, что это может дать стимул развитию туризма и санаторного отдыха.
В сообщении АПК также сказано, что в январе 2020 года «РусГидро» и Всероссийский научно-исследовательский институт гидротехники им. Веденеева оценили воздействие ГЭС на окружающую среду в случае ее достройки.
— Было установлено, что в результате ввода объекта не только уменьшится объем вредных выбросов от объектов тепловой генерации, но и значительно снизится концентрация загрязняющих веществ в реке Томи. В рамках проекта также планируется построить рыбозащитные сооружения для сохранения биоресурсов в Крапивинском водохранилище, — говорится в сообщении пресс-службы АПК.
Там же указано, что достраивать Крапивинскую ГЭС намного выгоднее, чем демонтировать. Потому что снос объекта может стоить более 14 млрд рублей. При этом власти региона планируют привлечь инвесторов для завершения проекта.
В итоге комитет Госдумы принял решение включить проект Крапивинской ГЭС в рекомендации комитета по энергетике и направить на рассмотрение в профильные органы власти.
Напомним, в 1970 году в Кузбасс приехала правительственная комиссия, специалисты которой пришли к выводу, что без создания водохранилища невозможно улучшить ситуацию в бассейне Томи. На тот момент в регионе уже работали угольные шахты, крупные металлургические, химические и другие заводы. Для промпредприятий не хватало воды, и специалисты пришли к выводу, что водохранилище объемом сможет решить эту проблему. При этом крапивинский гидроузел должен был защитить местных жителей от загрязнения Томи, восстановить ее судоходность.
В тот момент экологи выступали против водохранилища и ГЭС. По их мнению, в озере скапливались бы промышленные стоки, что ухудшило бы состояние воды в Томи. Также ГЭС изменила бы микроклимат.
О возобновлении строительства заговорили в 90-х. Тогда, по подсчетам властей, на то, чтобы достроить ГЭС, требовалось несколько сотен миллионов долларов. Это было невозможно ни за счет госбюджета, ни за счет инвесторов. В 1993 году решение о «заморозке» гидроузла было закреплено актом Государственной экологической экспертизы. Однако ГЭС просто бросили, даже не законсервировав.
После этого вопрос о том, что делать с ГЭС, обсуждался неоднократно. Среди основных вариантов были достройка, консервация и демонтаж.