Распилятор
«Коррупционная составляющая в нашей стране имеет макроэкономический характер. Процент обычный, стандартный», — сказал в предолимпийском интервью Forbes владелец холдинга «Интеррос» Владимир Потанин. Esquire поговорил с экспертами, аналитиками, теоретиками и практиками разных отраслей, которые рассказали нам все, что знают про размеры «стандартных процентов отката», но попросили (по понятным причинам) не называть их имена. Все они без исключения подтвердили, что типовые проценты откатов действительно существуют, и даже есть такое понятие, как «индустриальный стандарт отката» — свой для каждого сектора промышленности. Ключевых факторов для определения отката три.
Отрасль
ЕВГЕНИЙ, аналитик российской инвестиционной компании по энергетическому сектору: «Электроэнергетика после реформы стала одной из наиболее «прозрачных» отраслей, все компании — открытые акционерные общества. А акционеры всегда хотят контролировать предприятие, контракты, финансовые потоки. Поэтому по электроэнергетике можно мониторить уровень откатов в России — здесь находится нижняя граница откатов, которая сейчас составляет около 15%. На крупных проектах ее размер может достигать 20%, но это максимум. Львиная доля совокупного отката проекта остается у генподрядчика, возможности субподрядчиков крайне ограничены: 1−1,5% на всех от оставшейся суммы».
артем, сотрудник международного банка, консультант по инвестициям в Россию: «В строительной отрасли откаты, вне зависимости от размера контракта, составляют в общей сложности 80%. На первом этапе — 70%, а еще по 20% от полученного затем забирают субподрядчики с прорабом. Это косвенно подтверждается тем фактом, что российские дороги обходятся в 5 раз дороже западных».
иосиф, прораб (руководитель проекта) стройки в Москве: «В дорожном строительстве нет никакой разницы: хоть крупный объект, хоть малый. При любом размере заказа на самой стройке окажется 20% суммы контракта».
валентин, сотрудник группы расследований финансовых преступлений международной аудиторской фирмы: «Если мы говорим о поставках оборудования и вообще о снабжении медицинских учреждений, то совокупный откат достигает здесь примерно 30%. На крупных контрактах он может доходить до 50%».
михаил, руководитель IT-компании: «При поставках оборудования в IT-секторе откаты на небольших контрактах составляют 20%, на крупных — достигают 40%. Совершенно иная ситуация при разработке программного обеспечения. В «софте» конечные исполнители — как правило, студенты. И до них обычно доходит лишь 10−20% суммы проекта. 70−80% суммы забирает себе генподрядчик, по 10−30% от полученного — субподрядчики».
Масштаб
валентин: «В России сейчас наблюдается тенденция-перевертыш: больше проект — больше процент отката. Раньше на малых и средних контрактах «отпиливали» в процентном соотношении больше, чем на крупных. Теперь обычно руководствуются не потребностями, а возможностями. На крупных проектах украсть проще: чем выше сумма, тем сложнее проконтролировать расходы».
евгений: «Граница между крупным и мелким/средним контрактом — вопрос индивидуальный, это зависит от региона, уникальности проекта и других субъективных вещей. Определяющий фактор, конечно же, региональный масштаб, то есть доля проекта в экономике региона. Все заказы, стоимость которых больше 0,01% валового продукта субъекта федерации, в котором реализуется проект, смело можно относить к крупным».
Звенья
артем: «Самые значительные суммы теперь отпиливаются на первом же этапе перехода денег, то есть генподрядчиком, откаты же на следующих ступеньках, как правило, пренебрежительно малы. Еще одно веяние времени: заказчик с генподрядчиком теперь обычно работают в одной связке, и перераспределение отпиленной суммы происходит между ними в каждом конкретном случае совершенно по‑разному, все зависит от персональных взаимоотношений. Поэтому я бы посоветовал при реконструкции модели распила объединить в один этап передачу денег от заказчика к генподрядчику, а оттуда — к субподрядчику первого уровня».
«Откаты» в строительстве, как они выглядят, и почему нашими деньгами оплачиваются взятки?
Откат, коммерческий подкуп, взятка – по сути одно и то же уголовно наказуемое деяние под разными именами (статьи 204 и 290 УК РФ). Но оно прочно обосновалось в нашей строительной деятельности. Обычно руководителю заказчика «отстегивают» от 10 до 35 процентов.
Если смета составлена грамотно, если она учитывает все нюансы, в ней применены повышающие коэффициенты и при этом она полностью соответствует нормативам, то сумма отката от 7 до 10 процентов для строительной компании будет безболезненной. Заказчики это знают, и считают 10 процентов от сметной стоимости своими, честно заработанными деньгами. Заработанными за то, что подписали контракт именно с этим подрядчиком.
В первую очередь откаты насквозь поразили бюджетные объекты. Перевод раздачи таких объектов на конкурсную основу количество взяточников практически не уменьшил. Лёгкие деньги развращают как чиновников, так и предпринимателей. Конверт с деньгами – и нет проблем. А ведь деньги эти наши с вами, взятые у нас в виде налогов. Представьте себе, какое количество хапуг мы содержим, сколько миллиардов рублей уходит в их карманы за подпись в контракте.
Схемы отъема денег элементарны. Практически у каждого заказчика есть свой подрядчик, который дает, и у которого не боятся брать. А дальше смета составляется именно под него. Скажем, сроки выполнения работ проставлены ниже возможных. Завышены объемы, а расценки, наоборот, занижены. «Свой» подрядчик в курсе, а остальные опасаются ввязываться.
Так выглядит откат
С теми, кто ввязался, зачастую происходят события, превращающие прибыльную сделку в убыточную. Разумеется, и подрядчик виноват. Он отступил от проекта, применив более современные материалы. В результате улучшил качество объекта, но не оформил замену как положено. Вот только этого и надо заказчику, оставшемуся без навара. При приемке объекта он как бы вдруг замечает подмену и заставляет полностью демонтировать установленное и заменить на указанное в смете.
Такие откаты относятся к разряду неофициальных. А вот примеры официальных откатов:
• «навязывается» поставщик. И приходится платить за материалы сумасшедшие деньги, которые потом заказчик с продавцом и поделит. Отказаться невозможно, потому что заказчик не примет работу под предлогом применения материалов несоответствующего качества. Можно судиться, но стоит ли?
• «навязываются» субподрядчики. Разумеется, в их локальную смету и включены средства для отката. Однажды мне подсунули такого, что без слез не взглянешь. Пришла бригада отделочников, которая принесла с собой мастерки да терки с полутерками. Всем остальным пришлось их обеспечивать. И обошлись они ровно в два раза дороже, чем привычный партнер.
Взятки подрывают экономику государства, поэтому во всем мире с ними борются. В России тоже идет борьба с откатами, но какая-то она вялая. Конечно, чтобы поймать участника сделки, надо, чтобы другой участник накатал на него заявление. Но этого не происходит. Один бессовестно берет, а другой с удовольствием дает, поскольку при этом он гарантированно будет иметь заказ. Вот и получается полная скрытность преступления, хотя все оно на виду. В былые времена также трудно было юридически доказать получение отката. Справлялись просто: партийное взыскание, которое било не хуже уголовного наказания.
Жизнь не стоит на месте, и уже вместо термина «откат» стали применяться новые формулировки. Происходит, так называемое «обеление» откатов. Происходит оно под видом маркетинговых акций. Опытные маркетологи разрабатывают положения, при выполнении условий, которых подрядчик получает персональную бонусную надбавку.
Я ярый противник существующей системы взаимоотношений заказчик – поставщик, но иногда появляется такая мысль: а ведь без откатов наша страна прекратила бы свое развитие. Чиновник в силу своей сущности тормозил бы абсолютно все начинания. Хотя при этом он просто выдерживал бы сроки, отведенные ему Законом. А получив откат, он подписывает бумаги, и в результате внедряются новые технологии, в кратчайшие сроки согласовывается разрешение на строительство, которое могло бы затянуться на годы, и так далее. Все бы ничего, но стоимость миллионных откатов включается в стоимость того же жилья, по поводу которого мы удивляемся: а почему так дорого?
Буду ли я продолжать давать откаты? Конечно же, буду, поскольку в строительстве предложение превышает спрос. Сегодня без отката ни одна строительная компания не удержится на плаву.
А как Вы считаете, нужно и можно ли бороться с этим явлением у нас в стране, или же оставить всю эту систему работать так, как она работает сейчас? можете написать об этом в комментариях
P. S. не забудьте поставить «лайк» и подписаться на наш канал!
Делитесь со своими друзьями в социальных сетях!
Оставляйте свои идеи в комментариях!
Распилятор или Стандартные нормативы откатов в строительстве и других отраслях
«Коррупционная составляющая в нашей стране имеет макроэкономический характер. Процент обычный, стандартный», – сказал в предолимпийском интервью Forbes владелец холдинга «Интеррос» Владимир Потанин. Журнал Esquire поговорил с экспертами, аналитиками, теоретиками и практиками разных отраслей, которые рассказали всё, что знают про размеры «стандартных процентов отката», но попросили (по понятным причинам) не называть их имена. Все они без исключения подтвердили, что типовые проценты откатов действительно существуют, и даже есть такое понятие, как «индустриальный стандарт отката» – свой для каждого сектора промышленности. Ключевых факторов для определения отката три.
Евгений, аналитик российской инвестиционной компании по энергетическому сектору: «Электроэнергетика после реформы стала одной из наиболее «прозрачных» отраслей, все компании – открытые акционерные общества. А акционеры всегда хотят контролировать предприятие, контракты, финансовые потоки. Поэтому по электроэнергетике можно мониторить уровень откатов в России – здесь находится нижняя граница откатов, которая сейчас составляет около 15 процентов. На крупных проектах её размер может достигать 20 процентов, но это максимум. Львиная доля совокупного отката проекта остаётся у генподрядчика, возможности субподрядчиков крайне ограничены: 1 – 1,5 процента на всех от оставшейся суммы».
Артём, сотрудник международного банка, консультант по инвестициям в Россию: «В строительной отрасли откаты, вне зависимости от размера контракта, составляют в общей сложности 80 процентов. На первом этапе – 70 процентов, а ещё по 20 процентов от полученного затем забирают субподрядчики с прорабом. Это косвенно подтверждается тем фактом, что российские дороги обходятся в 5 раз дороже западных».
Иосиф, прораб (руководитель проекта) стройки в Москве: «В дорожном строительстве нет никакой разницы: хоть крупный объект, хоть малый. При любом размере заказа на самой стройке окажется 20 процентов суммы контракта».
Валентин, сотрудник группы расследований финансовых преступлений международной аудиторской фирмы: «Если мы говорим о поставках оборудования и вообще о снабжении медицинских учреждений, то совокупный откат достигает здесь примерно 30 процентов. На крупных контрактах он может доходить до 50 процентов».
Михаил, руководитель IT-компании: «При поставках оборудования в IT-секторе откаты на небольших контрактах составляют 20 процентов, на крупных – достигают 40 процентов. Совершенно иная ситуация при разработке программного обеспечения. В «софте» конечные исполнители – как правило, студенты. И до них обычно доходит лишь 10 – 20 процентов суммы проекта. 70 – 80 процентов суммы забирает себе генподрядчик, по 10 – 30 процентов от полученного – субподрядчики».
Валентин: «В России сейчас наблюдается тенденция-перевертыш: больше проект – больше процент отката. Раньше на малых и средних контрактах «отпиливали» в процентном соотношении больше, чем на крупных. Теперь обычно руководствуются не потребностями, а возможностями. На крупных проектах украсть проще: чем выше сумма, тем сложнее проконтролировать расходы».
Евгений: «Граница между крупным и мелким/средним контрактом – вопрос индивидуальный, это зависит от региона, уникальности проекта и других субъективных вещей. Определяющий фактор, конечно же, региональный масштаб, то есть доля проекта в экономике региона. Все заказы, стоимость которых больше 0,01 процента валового продукта субъекта Федерации, в котором реализуется проект, смело можно относить к крупным».
Артём: «Самые значительные суммы теперь отпиливаются на первом же этапе перехода денег, то есть генподрядчиком, откаты же на следующих ступеньках, как правило, пренебрежительно малы. Ещё одно веяние времени: заказчик с генподрядчиком теперь обычно работают в одной связке, и перераспределение отпиленной суммы происходит между ними в каждом конкретном случае совершенно по-разному, все зависит от персональных взаимоотношений. Поэтому я бы посоветовал при реконструкции модели распила объединить в один этап передачу денег от заказчика к генподрядчику, а оттуда – к субподрядчику первого уровня».
Мы продолжаем следить за мнениями экспертов о коррупции в России и прежде всего в её важнейшей отрасли.
Ваш ЗаНоСтрой.РФ
Распилятор или Стандартные нормативы откатов в строительстве и других отраслях
«Коррупционная составляющая в нашей стране имеет макроэкономический характер. Процент обычный, стандартный», – сказал в предолимпийском интервью Forbes владелец холдинга «Интеррос» Владимир Потанин. Журнал Esquire поговорил с экспертами, аналитиками, теоретиками и практиками разных отраслей, которые рассказали всё, что знают про размеры «стандартных процентов отката», но попросили (по понятным причинам) не называть их имена. Все они без исключения подтвердили, что типовые проценты откатов действительно существуют, и даже есть такое понятие, как «индустриальный стандарт отката» – свой для каждого сектора промышленности. Ключевых факторов для определения отката три.
Евгений, аналитик российской инвестиционной компании по энергетическому сектору: «Электроэнергетика после реформы стала одной из наиболее «прозрачных» отраслей, все компании – открытые акционерные общества. А акционеры всегда хотят контролировать предприятие, контракты, финансовые потоки. Поэтому по электроэнергетике можно мониторить уровень откатов в России – здесь находится нижняя граница откатов, которая сейчас составляет около 15 процентов. На крупных проектах её размер может достигать 20 процентов, но это максимум. Львиная доля совокупного отката проекта остаётся у генподрядчика, возможности субподрядчиков крайне ограничены: 1 – 1,5 процента на всех от оставшейся суммы».
Артём, сотрудник международного банка, консультант по инвестициям в Россию: «В строительной отрасли откаты, вне зависимости от размера контракта, составляют в общей сложности 80 процентов. На первом этапе – 70 процентов, а ещё по 20 процентов от полученного затем забирают субподрядчики с прорабом. Это косвенно подтверждается тем фактом, что российские дороги обходятся в 5 раз дороже западных».
Иосиф, прораб (руководитель проекта) стройки в Москве: «В дорожном строительстве нет никакой разницы: хоть крупный объект, хоть малый. При любом размере заказа на самой стройке окажется 20 процентов суммы контракта».
Валентин, сотрудник группы расследований финансовых преступлений международной аудиторской фирмы: «Если мы говорим о поставках оборудования и вообще о снабжении медицинских учреждений, то совокупный откат достигает здесь примерно 30 процентов. На крупных контрактах он может доходить до 50 процентов».
Михаил, руководитель IT-компании: «При поставках оборудования в IT-секторе откаты на небольших контрактах составляют 20 процентов, на крупных – достигают 40 процентов. Совершенно иная ситуация при разработке программного обеспечения. В «софте» конечные исполнители – как правило, студенты. И до них обычно доходит лишь 10 – 20 процентов суммы проекта. 70 – 80 процентов суммы забирает себе генподрядчик, по 10 – 30 процентов от полученного – субподрядчики».
Валентин: «В России сейчас наблюдается тенденция-перевертыш: больше проект – больше процент отката. Раньше на малых и средних контрактах «отпиливали» в процентном соотношении больше, чем на крупных. Теперь обычно руководствуются не потребностями, а возможностями. На крупных проектах украсть проще: чем выше сумма, тем сложнее проконтролировать расходы».
Евгений: «Граница между крупным и мелким/средним контрактом – вопрос индивидуальный, это зависит от региона, уникальности проекта и других субъективных вещей. Определяющий фактор, конечно же, региональный масштаб, то есть доля проекта в экономике региона. Все заказы, стоимость которых больше 0,01 процента валового продукта субъекта Федерации, в котором реализуется проект, смело можно относить к крупным».
Артём: «Самые значительные суммы теперь отпиливаются на первом же этапе перехода денег, то есть генподрядчиком, откаты же на следующих ступеньках, как правило, пренебрежительно малы. Ещё одно веяние времени: заказчик с генподрядчиком теперь обычно работают в одной связке, и перераспределение отпиленной суммы происходит между ними в каждом конкретном случае совершенно по-разному, все зависит от персональных взаимоотношений. Поэтому я бы посоветовал при реконструкции модели распила объединить в один этап передачу денег от заказчика к генподрядчику, а оттуда – к субподрядчику первого уровня».
Мы продолжаем следить за мнениями экспертов о коррупции в России и прежде всего в её важнейшей отрасли.