Тимур Вадимович, недавно президент России подписал указ о создании Военно-строительной компании. Зачем понадобилось создавать такую структуру и как это повлияет на масштабы, географию и финансирование военно-строительных программ?
Тимур Иванов: Хотел бы напомнить, что еще порядка 10 лет назад, когда все строительство военных объектов выводилось в коммерческий сектор, существовало почти 130 различных предприятий, подведомственных Спецстрою России.
И на самом деле, к сожалению, часть предприятий, а точнее 11 оставшихся «в живых», которые на сегодняшний день находятся в составе минобороны, по-прежнему входили в план приватизации. Это говорит о том, что попытка выйти на коммерческий рынок всегда существовала. С появлением ППК такая участь военно-строительному комплексу больше не грозит.
В чем вы видите преимущества Военно-строительной компании по сравнению с ранее существовавшими строительными структурами?
Тимур Иванов: Это в первую очередь некоммерческий характер деятельности, наделение ее функциями и полномочиями публично-правового характера для выполнения государственной задачи, а также многоуровневая жесткая система внутреннего и внешнего контроля деятельности. В существующих коммерческих организациях вся структура управления выстроена для достижения максимального финансового результата, то есть прибыли. А в Военно-строительной компании все будет ориентировано на выполнение государственной задачи по строительству инфраструктуры Вооруженных сил. Мы создаем именно крупную строительную организацию, которая будет являться единственным исполнителем по госконтрактам с минобороны. Спецстрой же, являясь федеральным агентством, никогда не был исполнителем по контрактам, а лишь осуществлял управленческие функции в отношении подведомственных предприятий.
Как правило, ранее его предприятия делали сами не более 10-15 процентов. В основном заключали договоры с десятками подрядчиков и субподрядчиков. Выстраивались огромные производственные цепочки, в которых было трудно отслеживать прохождение средств и контролировать сроки и качество строительства. Наша задача, чтобы Военно-строительная компания как один большой генподрядчик собственными силами выполняла, по меньшей мере, 60 процентов работ, в том числе весь объем по режимным объектам.
Кроме того, статус публично-правовой компании дает концентрацию сил и средств в конкретном месте, возможность оперативно перебрасывать их вне зависимости от принадлежности. Возьмем нашу островную зону: Новосибирские острова, Земля Франца-Иосифа, Новая Земля, Курилы… Подрядчики, которые туда приходят, выставляют заоблачные цены за работу вахтовым методом. А будет совершенно другая история. Мы возьмем людей в штат, переправим их куда требуется, в том числе своим военным транспортом. Таким образом, упростим и оптимизируем логистику.
Темпы строительства, которые демонстрируют военные, впечатляют. Как удается возводить такие разнообразные и сложные объекты в рекордные сроки?
За семь лет всего нами было построено и реконструировано 7 высших и 16 довузовских учебных заведений, из которых 11 возведены с нуля. Кроме того, в кратчайшие, можно сказать, рекордные сроки удалось построить большое количество специальных объектов, госпиталей, оружейных складов, казарм.
За счет чего удается добиваться таких результатов?
У объектов военного назначения, разумеется, своя специфика. В чем она заключается?
Тимур Иванов: Нам необходимо возводить объекты в конкретные сроки вне зависимости от каких-либо обстоятельств, так как от этого напрямую зависит обороноспособность страны. В связи с этим ранее имевшиеся проблемы в виде недобросовестных субподрядчиков, срывавших сроки строительства, возможность наложения обременений на деятельность наших организаций привели к необходимости поиска новых экономических, правовых и организационных подходов к строительству. Тогда нами были сформулированы комплексные предложения по изменению подходов к строительству военных объектов. В том числе по выделению категории строительства объектов обороны и безопасности государства в отдельный правовой блок, который бы учитывал особенности их сметного нормирования, ускоренной и упрощенной процедуры получения всей разрешительной документации и, конечно, вывода военной стройки из коммерческого сектора. Предложения были поддержаны заместителем председателя правительства РФ Юрием Борисовым и помощником президента РФ Андреем Белоусовым и доложены главе государства.
Где сегодня задействованы военные строители?
Каким объектам уделяете первоочередное внимание?
А к гражданскому строительству привлекают военных?
Тимур Иванов: За последние годы удалось реально изменить отношение в обществе к военно-строительному комплексу. Не просто изменить, а, условно говоря, из отметки «минус тысяча» подняться до «плюс тысяча». К нам начали обращаться за помощью субъекты Федерации. Сейчас строим пассажирский терминал в Карелии. После обращения главы Дагестана Владимира Васильева к президенту страны нам передали на реализацию программу в рамках нацпроекта «Образование». Также по поручению главы государства реконструируем аэродром Бельбек в Крыму. Формально это гражданский объект, но тем не менее именно военные строители за 7 месяцев сделали там новую взлетно-посадочную полосу. Обычно в среднем это занимает 2 года.
То есть выходит, что Минобороны с помощью Военно-строительной компании будет не только возводить свои объекты, но и зарабатывать на выполнении гражданских контрактов?
Путин создал «не имеющую аналогов» военную строительную компанию
«Главная задача — вывести военную стройку из коммерческого сектора, чтобы под влиянием каких-то внешних обстоятельств или недобросовестной конкуренции нельзя было обанкротить эту компанию или наложить на нее какие-то обременения», — пояснил РБК замминистра обороны Тимур Иванов необходимость появления новой структуры.
ВСК создается в форме публично-правовой компании (ППК) — она появилась в российском законодательстве в 2016 году. Деятельность ППК должна носить некоммерческий характер и не быть направленной на извлечение прибыли. Она может быть создана на основании закона или президентского указа. Например, указом Путина в форме ППК в январе 2019 года был создан единый оператор по отходам «Российский экологический оператор».
В указе о ВСК говорится, что компания создается для «обеспечения защиты государственных интересов при организации и осуществлении строительства, реконструкции и капремонта объектов военной и социальной инфраструктуры».
В марте 2019 года министр обороны Сергей Шойгу заявил, что президент поддержал предложение о создании ВСК, которая должна завершить преобразование военно-строительного комплекса. До сентября 2017-го вопросами строительства в интересах вооруженных сил занимался Спецстрой, в ведении которого находились несколько десятков ФГУП. Федеральное агентство ликвидировали на фоне скандалов с хищениями и срывами сроков. Реорганизация военного строительства была поручена Минобороны. «Реализация проекта позволит перейти к единой некоммерческой структуре военно-строительного комплекса», –– объяснял Шойгу.
Что войдет в ВСК
По словам Тимура Иванова, в компанию войдет по меньшей мере 11 организаций:
В беседе с РБК Иванов отметил, что создание ВСК позволит избавиться от лишних подрядчиков, доведя объем работ, выполняемых собственными силами, до 60%, а также упростить бюрократические процедуры. По словам замминистра, создание Военно-строительной компании готовилось давно и широко обсуждалось, а завершить его планируется в течение трех месяцев. «На подготовительном этапе мы уже оптимизировали управленческий персонал военно-строительного комплекса, сократив его примерно на 30%», — сказал Иванов.
В указе о создании ВСК говорится о поручении правительству утвердить в течение месяца устав оператора и положение о наблюдательном совете компании. В набсовет ВСК войдут не только военные, но и представители разных госорганов. По его представлению правительство назначит гендиректора. «О будущем руководителе компании говорить пока рано, мы ищем лучшего кандидата на эту должность», — сказал Иванов.
В ведение ВСК будет входить весь спектр строительных работ, от подготовки документации по планировке территорий, инженерных изысканий и проектирования до строительства, реконструкции, капитального ремонта и технического перевооружения военной и социальной инфраструктуры. В составе компании кроме строительных организаций будут производители стройматериалов, конструкций и изделий.
ВСК сможет приобретать землю для строительства, необходимое имущество и технику, а также участвовать в концессиях и проектах государственно-частного партнерства, учреждать дочерние компании, приобретать доли в уставном капитале и акции предприятий. Согласно госпрограмме вооружений, до 2027 года на военное строительство из бюджета планируется выделить 1 трлн руб.
Компания «будет формировать библиотеку типовых решений для военного и социального строительства», говорится в указе. Как ранее объяснял первый замминистра обороны Руслан Цаликов, это позволит сформировать реестр единых поставщиков строительных материалов и строительной техники, создать типовые архитектурные решения.
Что построит ВСК
Только в 2019 году планируется ввести в строй свыше 3,7 тыс. зданий и сооружений, заявлял Шойгу. По его словам, приоритетами служит обеспечение сил и средств ядерного сдерживания, а также размещение новых образцов вооружения и техники.
Собеседник РБК в военно-строительной отрасли уточнил, что в 2019–2021 годах должно быть завершено создание инфраструктуры Ракетных войск стратегического назначения (РВСН) для размещения ракетных комплексов «Ярс», «Сармат» и «Авангард». «Безусловно, этим займется уже Военно-строительная компания», — сказал он.
По словам источника, большие стройки запланированы на Курильских островах: там уже возводится общежитие для контрактников, а в 2020 году должна быть создана инфраструктура для систем береговой обороны «Бал». В следующем году будут сданы филиал Нахимовского военно-морского училища в Калининграде, а также завершена реконструкция Тверского суворовского военного училища, добавил собеседник РБК.
В начале сентября курирующий ОПК вице-премьер Юрий Борисов в интервью «Ведомостям» выразил недовольство тем, как ведется достройка космодрома «Восточный», и не исключил, что к достройке объекта в итоге могут быть привлечены структуры Минобороны. Спустя неделю после выхода интервью президент провел совещание на космодроме по вопросам строительства первой и второй очереди объектов космической инфраструктуры. На этом совещании резко против привлечения военных к строительству космодрома выступил глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин, а по окончании заявил, что президент не поддержал идею привлечь Минобороны к строительству второй очереди космодрома.
В чем минус типовых конструкций
Создание ВСК с точки зрения строительного рынка фактически означает возникновение нового монополиста, рассуждает директор департамента строительного аудита компании «Евроэксперт» Мария Жданова. «Если в части реализации стратегических объектов это оправданно, то с точки зрения создания объектов инфраструктуры, в том числе социальной, это нарушает принципы рыночной конкуренции и создает некий аналог «Спецстроя», — считает эксперт. Появление такого монополиста, по ее словам, снизит прозрачность, так как все компетенции по проекту (проектирование, строительство и надзор) будут сосредоточены у одного контрагента. Это потенциально может повлиять на качество и сроки реализуемых проектов и привести к другим негативным последствиям, поясняет Жданова.
С одной стороны, разработка и применение типовых решений в краткосрочной перспективе позволит оптимизировать затраты на реализацию проектов, но с другой — затормозит внедрение передовых строительных технологий и материалов в долгосрочной перспективе, предрекает эксперт. Общемировая практика говорит о повсеместном отказе от типовых решений, особенно в подобных масштабах, настаивает она. «В странах «Большой семерки» инвестиционно-строительные проекты реализуются частными компаниями, имеющими соответствующие формы допуска, на конкурентных принципах. Создание монополий в большей степени характерно для стран с экономикой переходного периода, в том числе для бывшего соцлагеря», — заключила Жданова.
Строители военных объектов в Арктике рассказали о работе без еды и зарплат
Строительство военных объектов в Заполярье для создания «арктического щита» России обернулось скандалом. Оказалось, что строителям месяцами не выплачивают зарплаты, не давая при этом возможности вернуться домой. Кроме того, конфликт возник между бригадами фирм, нанятых государством для стройки в Арктике. При этом в случившемся обвиняют друг друга государственное предприятие и частная компания.
Основным подрядчиком при строительстве «арктического щита» стало Главное управление инженерных работ N2 при Спецстрое России (ГУИР N2), пишет «Новая газета». В конце сентября 2015 года на сайте компании сообщалось, что, вопреки сложнейшим климатическим условиям, «в арктической зоне полным ходом идут работы по строительству специальных объектов».
Именно ГУИР N2 заключала контракты на выполнение работ с частными компаниями-субподрядчиками. Общая сумма сделок составила более 9 млрд рублей.
Зато журналисты выяснили, что одним из совладельцев «РусАльянс Строя» является Константин Эккерт, который до 2009 года был сотрудником Минобороны РФ, а с 2013 года стал советником вице-президента «Роснефти». Кроме того, оказалось, что компания «РусАльянс Строй» до строительства в Арктике уже не раз получала контракты от различных структур Спецстроя.
Однако в 2015 году ситуация поменялась: отношения между частной компанией и государственным агентством неожиданно испортились. При этом конфликт повлиял на положение сотрудников «РусАльянс Строя». Издание приводит в пример ситуацию в сентябре 2015 года, когда 40 строителей должны были улететь с мыса Шмидта. Но когда борт Минобороны прибыл на место, военные заявили, ссылаясь на приказ сверху, что гражданских вывозить не будут. В вертолет удалось попасть лишь 12 рабочим. Остальным пришлось ждать следующего борта еще полтора месяца. За это время у строителей закончились запасы топлива и еды.
При этом эвакуировать оставшихся не по своей воле в Заполярье строителей начали только 12 ноября. Первый вертолет не вместил всех рабочих, и за места чуть не началась драка; на второй борт смогли попасть только два человека: строителям пришлось тянуть жребий, кому лететь.
В то же время Олег Сиразетдинов, заместитель начальника ГУИР, сообщил «Новой газете», что управление даже «взяло на себя часть функций субподрядчика, в том числе по отправке работников ООО «РусАльянс Строй», отработавших вахту, на большую землю».
Рабочие пострадали из-за конфликта компаний
«Новая газета» выяснила, что причиной конфликта между государственным агентством и частной фирмой стал срыв исполнения контракта. По словам пресс-секретаря ГУИР Станислава Смагина, задержка по второму этапу строительства составляет более трех месяцев.
В ГУИР утверждают, что «РусАльянс Строй» получил аванс в размере почти 3,2 млрд рублей, но «о потраченных средствах не отчитался». В ведомстве говорят, что, по данным проверки, частная компания потратила на строительные работы только 1,1 млрд рублей, в итоге контракт с ней расторгли в одностороннем порядке.
В свою очередь, в «РусАльянс Строе» уверяют, что государственное предприятие пытается присвоить себе результаты выполненных работ. Пресс-секретарь компании Наталия Звягина говорит, что фирма не только освоила 3,2 млрд рублей, но и вложила в строительство объекта собственные средства, в два раза превышающие аванс. Произошло это, поскольку в ходе строительства был выявлен ряд работ, не предусмотренных изначальной сметой.
Смена субподрядчика вызвала стычки между стройбригадами
ГУИР действительно наняло еще одного субподрядчика, чем спровоцировало стычки между строительными бригадами. В конце лета 2015 года ведомство объявило два конкурса на проведение дополнительных строительно-монтажных работ на острове Врангеля и мысе Шмидта. Контракт на 1,8 млрд рублей ГУИР оставило за собой, а 2,5 млрд рублей получила компания «Спецстрой-1». В этом случае договор также был заключен как с единственным поставщиком, без конкурса.
Появление нового субподрядчика привело к столкновениям на строительных объектах. Бригады «Спецстрой-1», прибыв на остров Врангеля и мыс Шмидта, попытались заступить на объект, но их прогнали представители «РусАльянс Строя». Геодезист «РусАльянс Строя» Сергей Воронков описал происходящее: «Представьте: стоит техника «РусАльянс Строя», имущество. Вдруг приезжают какие-то люди и хотят занять это имущество. Это называется рейдерским захватом, по-моему. Их просто не пустили».
По данным «Новой газеты», ГУИР собирается внести «РусАльянс Строй» в реестр недобросовестных поставщиков. Чтобы не сорвать сроки строительства арктических объектов, государственное агентство наращивает в регионе группировку собственных сил.
В конце июля в Минобороны заявили, что Россия уже контролирует воздушное и морское пространство Арктики на расстоянии минимум 500 км от берега, а Минобороны активно реализует программу освоения Арктики, которая заключается в создании военной инфраструктуры и формированию соединений и воинских частей в арктической зоне, в частности на островах Новая Земля, Земля Франца-Иосифа, Врангеля, Земля Александры, Новосибирских островах и на мысе Шмидта.